.

.

.

Ромашковый букет в пыли большой дороги...  
наивность лепестков и проза бытия.  
Они ещё живут, избранники из многих.  
Включают оптимизм, сзывают буквы в слоги.  
Влекут. Но не меня. 
Тревожат. Не меня.  

Тепло уставших рук. Зачем оно кому-то? -  
незавершённый жест, движенья как во сне.  
Поймать, остановить скользнувшие минуты  
руками, что в печаль старательно обуты -  
удастся, но не мне.  
Как плохо, что не мне.  

Букет хирел и ник. А может погадаю? -  
добавлю огоньку в брюзжащую главу.  
Судьба ещё чадит, ещё не видно краю? -  
сейчас! - себе и вам грехи пересчитаю  
смертельно, как живу.  
Беспечно, как  живу.  

Поникшие в пыли невинные ромашки.  
Прижухшая душа, неймущая вины.  
Вчерашний недолюб пророчит вверхтормашки.  
Кондратий заходил  -  пиявил из мелкашки.  
Суконные сыны, 
пустые шаркуны - 
короткие штаны.
И мысль минутной глажки.  

.

.