“Ну, вот мы, дорогая, снова вместе.

Давай поговорим, чайку попьём.

И, знаешь, говорю без всякой лести –

Люблю, когда беседуем вдвоём.

Не думай про свои ты девяносто,

Года мы во вниманье не берём.

Не старость это, мама. Мудрость просто.

Хотел тебя спросить я вот о чём:

Давай поговорим с тобой о прошлом.

О том, какая жизнь у вас была,

Какой была красавицей роскошной

И как однажды чуть не умерла.

Скажи, ведь много всяческих страданий

Тебе пришлось по жизни пережить.

И сколько было страшных испытаний,

Которые не в силах ты забыть?”

Ты тихо так: “Такое не забудешь…”

И тут же по щеке сползла слеза.

И прошлого картину словно видишь

И даже слышишь чьи-то голоса.

Вот двор, хозяйство, старая кобыла.

Ты ей косички в гриве наплела.

Она тебя за это укусила –

Остался шрам на теле навсегда.

“Скажи, а сколько лет тебе то было?” –

“Наверно, семь. Я маленькой была...

А бабушка беременной ходила.

Василия... Нет, Дарью родила.

Сестра Татьяна младше на два года.

Я старше всех по возрасту была.

Но не забуду в жизни эпизода,

Когда беда к нам в гости забрела.

Отца в тридцать втором арестовали,

Решеньем “тройки” дали десять лет.

Скотину, утварь – всё тогда забрали,

Казалось, что конца мученьям нет!

Не мы одни от этого страдали… –

И слёзы отвернулась утереть. –

…Девчат в приют мы в городе отдали,

Чтоб с голоду нам всем не умереть.

Мы сусликов, я помню, ели с братом –

Тогда продуктов негде было взять.

Суп из ремней варили, чай – из мяты.

За хлеб готовы были всё отдать!

Вот так вот все тогда нужду терпели.

Потом мы перебрались из села.

Там с голоду бы просто околели,

А в городе работа хоть была.

Забрали из приюта Таню с Дашей.

В хатёнке жили мы на берегу…

Снимали, хатка та была не наша.

Её назвать я домом не могу.

И в городе не так уж сладко было:

Работали с рассвета до темна.

Я каждый день в совхоз пешком ходила,

Туда-назад, частенько шла одна.

Однажды, получив свою зарплату,

Я вечером шла под дождём домой

И вспомнила отца, родную хату –

И слёзы покатились вдруг рекой.

Иду вот так под дождиком, рыдаю,

Вхожу во двор – отец передо мной!

Такой худой, одни глаза сверкают.

Измученный, но главное – живой.

Всё с папой сразу стало по-другому.

Мы маленький купили, помню, дом,

Но счастью никогда не быть большому –

Не долго жили вместе в доме том…

Отца в тридцать седьмом арестовали.

За что – не ясно... в чём его вина?..”

И слёзы по щекам вдруг побежали.

“А в сорок первом началась война!

И дни для всех тяжелые настали.

Фашисты выжигали всё дотла.

Когда девчат в Германию угнали,

От горя мама чуть не умерла…

Однажды на расстрел меня погнали,

От смерти спас тогда знакомый мой.

(Мы до войны ещё друг друга знали).

Осталась чудом я, сынок, живой…

И снова повстречалась я со смертью –

Фашистский гад прикладом убивал.

И вот, хотите, верьте иль не верьте,

Опять меня знакомый тот спасал.

Мы с ним, скажу, фактически не жили,

Но в этом браке Вера родилась.

А в сорок третьем нас освободили,

И я в село работать подалась.

Не раз мне приходилось видеть чёрта,

И смерть не раз я видела с косой…

В больницу привезли однажды мёртвой.

А все проблемы были с головой…

Сверлом обычным голову сверлили,

Возились долго медики со мной.

Но ангелы, видать, меня хранили –

И вот живой вернулась я домой.

А папа не вернулся. Как мы ждали!

Он больше не вошёл в родимый дом

Потом в НКВД запрос давали.

Сказали, что пропал в сорок втором…

А может быть, тогда и расстреляли…

Ответ лишь после Сталина пришёл,

А больше мы отца и не искали:

Он, если б жив был, сам бы нас нашёл…

О сёстрах в пятьдесят шестом узнали

(Татьяна у меня уже была),

На въезд же разрешение им дали,

Когда тебя, сынок, я родила!

Тебе был год, когда из-за границы

Встречали мы своих родных девчат.

Казалось, даже радовались птицы.

И каждый был безумно встрече рад.

И, сидя за столом, всё говорили.

И детство вспоминали, старый дом,

Хрущёва с каждым тостом все хвалили.

Мы встретились впервые-то при нём…

Ма посо орсь?* На улице стемнело.

Сонь шидышенсь!** Тебе уже пора.

Прилягу я. Спать что-то захотела.

Иди сынок. До завтра, до утра!”

11/2007- 13 (ШАН)

*Ма посо орсь? -(стар.греч.)сколько времени **Сонь шидышенсь-(стар. греч.) хватит разговоров