Если слушать вы готовы,
собирайтесь млад и стар:
на Ильмене, у ВолхОвы
жил Садко, купец-гусляр.
Он на гуслях заиграет -
в пляс пускается народ,
словно душу изливает,
песня зА сердце берёт.
Но грустит Садко по воле,
мрачно сомкнуты уста,
ненасытно смотрит в море,
манит в даль его мечта.
Плачут гусельки Садковы,
Шелестит им в лад камыш,
лебеди плывут в Волхове,
а на море - гладь да тишь.

Вдруг вся стая лентой красной
вверх взлетев, упала ниц:
из лебёдушек прекрасных
превратилися в девиц.
Среди них Царевна-лебедь -
глаз не сводит с молодцА,
гусли слушает и млеет,
кровь отхлынула с лица:

- песнь твоя подобна плачу...
Я достойно награжу,
Чудо-рыбок на удачу
я в твой невод положу.
Дело близится к рассвету -
тут очнулся молодЕц:
Глядь - лебёдушек уж нету,
всех созвал домой отец.

В море мимо проплывали
иноземные купцы,
много дивного видАли -
весть летит во все концы.
Покажу своё вам диво -
хитро думает Садко,
в лодку он садится живо,
сеть бросает далеко.
В сеть попали лишь три рыбки,
вынимает парень их:
всё сбылося без ошибки -
вот три слитка золотых.
Новгородец всяк дивится,
иноземцы впали в шок.
- Молодец, краса-девица!
Хоть сыграть на посошок...
Счастлив был Садко безмерно:
взял армаду кораблей.
Сотни две дружины верной
славно трудятся на ней.

Встал Садко однажды рано,
иа корабль восходит сам.
Солнце алое багряно
освещает паруса.
Море волны в узел вяжет,
лют и злобен гнев морской,
лишь корабль на волнах пляшет,
чайки мечутся с тоской.
В борт вонзаются громады,
поднимая сонмы брызг,
в океан ушла армада,
а Садко измучен вдрызг.
Разыгралася стихия,
мчатся волны, грохоча,
стоны тяжкие, глухие -
рвёт добычу зверь, рыча.
А за первыми - вторые,
нет им счёта и числа
и наездники лихие
вылетают из седла....

Паруса совсем обвисли,
иа волнАх лежит туман
и таинственная сила
не пускает в океан.
Злата-сЕребра, подарков
ие желает царь морской,
а дружина в схватке жаркой
иа Садко глядит с тоской.
Держит речь он пред дружиной,
гусли звончаты - без струн...
Взор уже не соколиный -
поизмучил царь Нептун.
Что за бог нам дал страданий?
Иль Нептун, иль Посейдон?
Коли он не хочет дани,
чьей-то жизни хочет он?
Царь морской разгневан, видно,
Вот, дружина, мой вам сказ:
чтобы не было обидно,
пусть рассудит жребий нас.
Встали к жребию за долей
все дружинники рядком,
только трижды чьей-то волей
доля выпала Садко.
Делать нечего. И вскоре,
всё, что есть, друзьям даря,
собирается он в море
до заморского царя.
Гусли звончаты - за пояс,
образок туда ж заткнул,
лёг на дОсочку тесОву
и не помнит, как заснул...

Вдруг Садко в воде очнулся -
глядь, на дне морском сидит.
Окончательно проснулся,
сам с собою говорит:
Я живой! Вот чудо, братцы!
Лунный свет в воде горит.
Как до царства мне добраться?
Видит - в море Рыба-Кит.
- Эй, страшилище морское,
Как добраться до дворца?
Кит глотнул его с доскою -
нету больше молодцА!
В животе Кита просторно,
брюхо - словно батискаф.
Сел Садко у глаз проворно,
кит летит по дну стремглав.

Путь далёк, дворец не рядом,
чудеса то там, то тут:
вот русалочки в нарядах
из цветов венки плетут,
Вон дельфины-раскрасавцы
закусили удила,
синим пламенем искрятся
их прохладные тела.
Чудо-рыбки золотые
и резвятся, и бурлят,
Блещут звёздочки морские,
словно белый водопад...
Кит фонтан метнул, играя,
с ним Садко взлетает ввысь,
страж ворота отпирает -
слава Богу, добрались...

ЧУдно здесь, в подводном царстве:
терем дивный под водой,
видит трон в златом убранстве,
а на нём - Нептун седой.
Рядом с ним сидит царица
и Волхова. Без прикрас -
на Садко не наглядится,
отвести не может глаз.
А сама, как месяц юный...
Царь играть даёт приказ.
Зазвенели гуслей струны
и дворец пустился в пляс.
Задрожал прозрачный терем,
сутки, третьи ... просто жуть!
Заревело море зверем,
люди начали тонуть...

Сорок дочек у Нептуна
величавых стройных рек,
серебристых, словно луны,
но Садко-то человек!
Царь велит ему жениться,
да, на младшенькой при том.
Хоть прекрасна молодица,
Н=но русалка же, с хвостом!
Есть без счёта золотишко,
но так хочется домой...
Пригорюнился купчишка,
а царевна: - Милый мой!
Мы грустить, Садко, не будем,
есть душа и у реки -
помогу вернуться к людям,
хоть Нептуну вопреки.

По лазореву лужочку
сон по берегу ходил
и рукой Нептуна дочки
добра молодца будил:
- Ты проснись, Садко мой славный,
я рекою обернусь,
да женись-ка на Любаве,
ну вставай, Садко, не трусь.
Я уйду к сестрицам рекам,
чтоб ласкать морское дно,
быть русалкам с человеком
никогда не суждено.
Надо ж, сон! Купец очнулся
жив, здоров и невредим,
образка рукой коснулся
и за пояс - гусли с ним!

Жил Садко на свете долго,
видел Тихий океан,
плавал в Каспий он по Волге,
повидал немало стран.