Калоши скучали в кладовке, в дремотной пыли.
Они вспоминали былые походы по лужам,
Арбат, переулки, где листья по осени кружат;
Ларёк сувениров (там сдобу поодаль пекли). 

Аккорды клаксонные, столик в кафе «Старожил»,  
Капель по весне, поединки корабликов быстрых,  
Обветренный город, усталые туфли туристов,  
Аптеку и зонтик, который с дождями дружил. 

Лавандовый запах мешал романтично скучать.
Авоська на гвоздике часто и шумно чихала.
Калоши вдруг ей предложили ни много ни мало,
Отправиться в прошлое, скинув годков пятьдесят. 

…Апрель или май? Распахнула авоська глаза:
Луна над Москвой, променад с молодым ридикюлем,
Ахматовский стих, радиола, покрытая тюлем,
Калоши, — всё те же. Покровка, ломбард и гроза.
Обрывки минувшего… Память хранит адреса. 

Ах, нужно решиться! С калошами мимо кота
(Ленивца известного) в двери – пока не закрыли,
Аллеей пройти, и аркадой в классическом стиле.
Калошам с авоськой всё это ― родные места... 

─ Отличный вояж! Не забыть бы дорогу домой,─
Авоська сказала, когда набралась впечатлений.
Легенда квартала ― заслуженный дворник Арсений,
Артист подметаний, приметив, забрал их с собой.