Я, казак, купил коня вороного цвета,
лихо шпорами звеня, я к любимой еду.
Неустанно конь летит чернокрылой птицей,
а навстречу по степи скачет кобылица.

Встрепенулся вороной, дрожь прошла по коже
страстной, бешеной волной, не удержишь вожжи.
Что мне делать, седоку, не сломать бы шею,
а уж кони на лугу от любви хмелеют.

Кобылица хороша, чисто белой масти
и трепещется душа в неуёмной страсти.
Кони в танце на лугу, их сплелися гривы,
в ушко нОздрями дыша, хороши на диво!

Снится им порой во сне время жизни вольной:
им скакать бы в табуне по степи раздольной.
В нас лиловый взгляд кося, в травы губы прячут,
смотрят в душу их глаза и порою плачут.

Не нужна коню узда, сильным мать родила,
измеряют мощь всегда лошадиной силой.
Поостыл мой вороной, дался взять уздечку...
Еду, милая, домой, выйди на крылечко!