ДУША, ПРЕДАВШАЯ МЕНЯ...
А мне всегда все было в этом мире тленном мило и прекрасно,
Пока моя Душа, взлетев, не налетела мордой грубо на асфальт,
Расплавленный от яркой искры, любви моей коварной и несчастной,
И, опалившись, улетела в Ад и захватив меня туда, совсем случайно,
Как некий экземпляр, настолько лживый, хитрый и и печальный,
Что надоел ей хуже горькой редьки, своей писательской судьбой.
Она решила расквитаться там со мной и, посадив в котел огромный,
Пошла докладывать чертям, что дело сделано отменно и прекрасно,
А ей, как неверной, но истинной подруге по моим дурным скитаниям ,
Положен отпуск и заслуженный покой в каком-нибудь таком вертепе.
Где девок будет море и вино струится не рекой, а льется водопадом,
И дым курится настолько благовонный, не наркотически-дурманный,
А очень схожий по составу с благовонием и ладаном земных богов,
Почивших в Бозе, так, немного ранней и не дозревших до своих годов...

И мне пришлось в котле потом вариться и пеплом череп посыпать
И, как-то, разом ухитрившись, просить чертей дровишки не кидать,
Дабы в котле не до конца свариться, а местью сильной воспылать,
И отомстить Душе своей поганой, что предала меня за парочку грошей,
Прикинувшись несчастной девой, крича, что стала явной куртизанкой.
Не по воле рока, по подлой прихоти моей коварной, словно для наживы,
Я пользавал ее и выставлял на обозрение и, даже описал в своих стихах,
Как Деву непорочного зачатия, но с подлою до ужаса, пропитою судьбой.
Вот тля поганая, а ей восхищался, а, если предавался блуду, то без нее,
Оставив дома в виде няньки для Совести моей, еще сидящей в колыбели,
Но рвущейся на свет немного поглядеть, да и там испачкаться изрядно,
А мне потом приходиться ее жалеть и не пускать по заведениям шастать...

Все, решил я, стану, наконец-то Злюкой, а почему, сам толком не пойму,
И хочется всем сделать очень плохо, но, где я столько зла и похоти возьму?
Злом своим охота в волю насладиться, тем, которое теперь я наконец свершу,
Производство зла потоком я налажу, и сам готовить зло скорей всего начну.
И с мира все добро тихонечко спроважу, зло на царство править нами посажу,
А тебя в подземную тюрьму и долговую яму, на хлеб и воду, изверг, посажу.
Предательства во век я интриганам не прощаю, хотя подобным сам еще грешу
И казнь придумаю тебе такую, что... ... но тут проснулся весь в таком поту,
Что страшно стало за Судьбу мою , а за Душу подавно, вот те крест кладу.
Не надо спать ложиться по утру, есть ночь для этого, тогда и все печали,
Как дым растают и в сон неведомый уйдут, а новый сон на Душу негой ляжет,
И унесет тебя в прекрасный мир такой, что не захочется обратно возвращаться,
Но, надо, сударь мой, отдать и этой жизни предпочтение и низкий свой поклон,
Чуть преклонив колени, пустив сопливую слезу, воскликнуть: - Боже мой!


Прости меня и я на веки твой...такой какой я есть, другим не стану,
А лучше Душу мою выпори, умой и выпусти опять пугать людей,
Но в мир иной, а мне отдай, а лучше подари по новой мое Детство,
Но, с новою и чистою Душой, которую я постараюсь не испортить.
И чистый, неприкаянный отправлюсь на покой, прожив еще раз
Жизнь свою, но, не много по иной и неизведанной Судьбе такой,
Которой я еще не знаю, но дружбу предложить ей завсегда готов.
И буду с ней всегда согласен: на кой черт спорить - мир всегда такой,
Иным не будет, а нервы утекут рекой, а вместе с ними радость и покой...

                                          16.03.14.

И не сожалей о том, что было, а лучше Душу успокой...