Он сидел у постели ребёнка.
Он был другом этой семьи.
Мать ребёнка молила горько:
"Помоги! Исцели! Воскреси!

Ты Пророк, ты имеешь Дар Божий.
Ты немало чудес совершил! "
Он не мог. Дар тот чудный, похоже,
отошёл, отлетел, опочил.

Он к постели младенца склонился,
то ли спал, то ли был в забытьи.
Он молился, молился, молился,
слышал голос пророка Ильи.

" Ты же друг этой женщине, так ли?
Отчего же не можешь помочь?
Для чего же тебе я оставил
Освящённую Богом милОть?

Ты же помнишь, просил я как Бога,
Чтоб мой дар на тебе был вдвойне.
И Господь мою просьбу исполнил,
Дар Господень сейчас на тебе.

Ты всегда творил людям ведь благо?
Воду солью очистил в реке,
И топор возвратил работягам,
Совершил много славных ты дел.

Елисей то ли спал, то ли бредил.
Вдруг увидел дорогу. На ней
Двух огромных свирепых медведиц
И тельца убиенных детей.

Расшалились тогда малолетки.
"Эй, плешивый!", - кричали вослед.
Елисей в гневе проклял тех деток,
И медведицы взяли след.

Говорил Илия в синих молниях:
"Этим детям уже не играть.
Их доныне родители в скорби,
И была ведь у каждого мать!"

Закололо в груди. Там, где сердце.
Лика к небу не смеет поднять.
И сказал Елисей громовержцу:
"Я всё понял". И начал рыдать.

"Пусть убьёт меня Бог этой ночью,
пусть проказой меня поразит.
Посреди благих дел моих прочих
то злодейство. И как с этим жить?"

Буря,Тьма, дождь и слёзы пророка,
не осталось у старца уж сил.
Но Господь говорить стал из облака:
"Я простил, Я простил, Я простил."

"А они?". И Господь улыбнулся.
"На Земле их, конечно, уж нет.
Но простили тебя, не волнуйся,
дети малые с райских планет.

Ты раскаялся, в этом всё дело,
кто же скроет свой лик предо Мной?
Продолжай же служение смело,
и Я буду незримо с тобой."

Утро. Солнце, художник искусный,
разукрасило светом и тенью
ложе скорби. Младенец проснулся.
Он здоров уже был, без сомненья.