6

Ночь подняла полог туманно-синий,

Развесила заря неяркий свет,

Заряна отыскала ключ в теснине,

Чтоб немощь смыть, дорожной пыли след.

У ясеня мгновенно оголилась,

Раскинула на веточки рваньё,

Течение струями опалило

Всё тело и воспрянул дух её.

Под каплями воды прозрачной

Светился худощавый гибкий стан,

Запястья без тягот, они безбрачны,

Послушные сбегающим водам.

- Заряна, не пугайся, за тобою

Я сразу к роднику с одёжкой шла,

Нельзя же одевать драньё такое,

Зарянка в нём уже гнездо свила…

И Марья подала Заряне платье,

Не новое, но чистое в цветок:

- Ну что ты милая так слёзно плачешь?

Накинь быстрей на плечики платок.

Они вернулись к шалашу. Все спали.

Становье почивало в тишине.

Огонь зажгли, еду готовить стали,

И время шло в приятной болтовне.

Когда же солнце примостилось сбоку

Пушистых и развесистых дубов,

Отряд проснулся и примял осоку

У пламени костра, в периметре котлов.

Горланили, кормёжки ждали время,

Обычной, незатейливой стряпни,

И вдруг из кущ лесных всю мглу развеяв,

Выходит нимфа. – Миха, ущипни…

Гляди, идёт сюда… Вот это краля…

Таких не видывал поди я отродясь.

Бела, свежа… Такую бы украл я,

За грех не взял постыдного труда.

- Да красота. Скользящая походка.

И русая, тяжёлая коса.

Я, братцы, узнаю, так это та молодка,

Которую вчера привёл кобзарь.

Нас дважды удивила эта дева,

Сначала, что живая, смерть ушла…

Теперь богиней вышла из-за древа,

Была ещё вчерась серей мыша.

В руках с чумичкой Марья подскочила:

- Почто девчонку мучите опять?

В ручье живом целительная сила,

Я вам уже устала повторять.

К тому же смыла грязь и страх животный,

Одёжку чистую одела на себя.

Вы кашу ешьте. Что-нибудь спроворьте

К обеду… Либо звери нас съедят.

Ватажницу перебивать не стали,

И ели молча кашу у костра.

Заправились. Тогда негромко старец

Повёл рассказ, как избывали страх

В былые времена, когда герои

Народ подняли правду добывать.

Нельзя во лжи счастливой жизнь построить,

На счастье предъявить свои права.

Старик всё пел, щипал Микола гусли,

Им вторил соловей, звенела трель.

Их лица просиявшие потускли.

Отряд в раздумьях снова присмирел.

Когда певцы закончили былину

Рассказывать ватаге, атаман

Сказал Миколе: - Путь на Волгу длинный,

Бери коней езжайте по домам.

Ты вызвался быть спутником Заряне,

Дам провожатых вам и сам не трусь,

За Дон они проводят. Зорькой ранней

Коней седлайте, и домой, на Русь.

7

Шесть тысяч девятьсот семидесятый

Шёл год тогда…, нет лето…, всё одно.

Не знали люди – лет ещё с десяток

Под игом пребывать им суждено.

И заживут под вольным небом русским,

Не зная ни полона, ни орды,

Дань не дадут и не дадут ей спуску,

И будут в своих действиях тверды.

Отряды вольные сбивались в стаи,

Невольники бежали от оков,

Рабов освобождать из плена стали,

Набегами громили степняков.

Немало их скиталось на чужбине,

В Крыму и на широком на Дону.

Потом пристали к княжеской дружине,

Чтобы с земли родной ярмо столкнуть.

………………………………………………

А что Заряна с гусляром? Из Крыма

Ватажники их к Дону привели,

До дому там рукой достать. Вестимо,

Лодчонки есть на нём и корабли.

Ладейку сторговали… почти даром,

Пришлось её для плаванья чинить,

Миколе в радость, он работал с жаром,

Чтоб девушку доставить до родни.

А там свободный, словно вольный ветер

Опять под парус, поплывёт к своим,

Быть может, жив отец и ходит с сетью

За рыбой по пустынностям речным.

Готово, можно плыть, как раз попутный

Есть ветерок, припасы на ладью…

Гусляр с Заряной, Дон шумит могутный,

Ладья летит послушная рулю.

Как добираться? План Миколе ясен,

Плывут по Дону до истока вверх,

Потом идут к Оке, берут запасы

Воды, еды, плывут до Волги. Век

Не смежит он, покуда не коснутся

Бортом ладьи Заряниной земли,

И верит он, что к цели той прорвутся,

Нет безопаснее до дома колеи.

Прямей дорога сразу же по Волге,

Но плыть по ней рискованней стократ.

Казанские владенья в ханской воле,

С давнишних пор орде принадлежат.

…………………………………………….

Сошли они на берег у селенья,

Где издревле живёт добрейший род,

Родители встречают и волненье

Смешалось с радостью, к ним дочь идёт.

Не буду пересказывать то счастье,

Живой вернулась из полона дочь.

Микола убирал на судне снасти,

Когда начался долгожданный дождь.

Он как предвестник долгой, доброй жизни,

Поил всю землю, что его ждала.

Все в дом пошли, на угощенье житник,

Еду собрали со всего села.

За праздничным столом соседи словом

И сердцем поминали дочерей,

Надеялись на возвращенье, словно

Вот-вот войдут…Пришли бы поскорей…

Гусляр достал гусельцы и раскинул

Ладони ровно крылья над жнивьём,

И песнь завёл, старинную былину

О рабстве и про вольное житьё:

Волга-матушка глубокая

Издалёка вниз течёт,

А водичка в ней солёная,

Плачет загнанный народ.

Слёзы капают горючие,

В них страдания и боль.

Волны катятся могучие,

Унося с собою соль.

То князья друг с другом ссорятся,

Сёла грабят, города.

О народе им не помнится,

Рвут уделы без стыда.

Или орды вдруг татарове

Заберут людей в полон,

Там и малые и старые

Принимают рабский звон.

В кандалах те горемычные

Попадают на базар,

А татары без различия

Продают живой товар.

Забывают люди волюшку

На чужой им стороне,

Принимают злую долюшку

Черной ноченьки темней.

Но в ватаги собираются

Люди беглые с земель,

И народ от бар сбегается,

И становится смелей.

Атаман (над ними) выбранный

Учит, как стрелу метать,

И на конях драться вздыбленных,

Караваны отбивать.

Час придёт, он верно близится,

И вздохнёт свободно Русь,

Иго сбросится, откинется,

Радость будет ко двору.

14.07.2019