Не монах, с бородой и не стрижен,
Не в плаще, а под странной накидкой
С капюшоном, в сандалях чуть ниже,
С посохом, но не где-то в Париже,
А в Российском селе за калиткой.

Удивился. Октябрь, Бабье лето.
Пилигримы на русских дорогах?..
Пыль с дождями осенним либретто
Превращаются, вдруг, в эполеты -
Золотые награды Сварога.

От дождливой усталости август
Подарил только зелень деревьев.
Нынче листьев меняется статус -
Цвет у них многоликий, как Янус,
Как букеты павлиньи из перьев.

Пилигрим, как октябрь, задумчив:
Мыслей ход, словно шум листопада,
Хороводом был ветра закручен,
Окроплён горстью брызг серой тучей…
И тускнеет от солнца лампада.

Его путь в ночь уходит и к звёздам,
Там, где счастье, как прошлого искры,
Что, мелькнув, собирались не в гроздья,
А в кармической завязи поздней
У поступков и Знаний палитры.

У земли россыпь стылых туманов
По оврагам стоят в жухлых травах.
В наших странствиях всё было странным:
И фантазии, даже обманы,
Что запутались в прошлом и клятвах.

Шелестят, как страницы, не листья -
В примороженных травах улыбки,
Что рисует волшебною кистью
Сам Октябрь, стремящийся в выси
Чувств возвышенных в строчках, отрывках.

Завершились все жатвы и сборы,
Есть плоды и другие запасы.
Лишь любовь где-то там за забором…
Многоцветность осеннего хора
Исполняет последние стансы.

У мечты нет преград, только память
Нас настроит обратно в ту осень,
Где из листьев букетом не ранят,
В днях коротких не стылая замять,
А улыбки у зелени сосен.

Раздевает леса Бабье лето,
В рощах стало прозрачней и тише.
Журавли своей песней неспетой
Где-то там за морями, у света,
А у нас небо стало чуть выше…