«Я в юности тонуть мечтал
в глазах лишь синих, словно океан.
Я плавал и тонул, бывалый капитан,
и выбирался все ж на берег. Будто знал,
что затянули-засосали карие глаза,
как темное болото. Нет, не выплыл я»

- из личного.

Ты ее и раньше встречал. И даже как-то сидел рядом. И даже о чем-то разговаривал. Но увидел впервые.

Общешкольный вечер, танцы. Она влетает в актовый зал, думая о чем-то своем, слегка оправляя рукой перышки и улыбаясь всем прекрасной, беспомощной и …взрослой улыбкой. И ты вдруг столбенеешь и начинаешь задыхаться. И пророчески ясно видишь свое будущее, - счастье любви и отчаяние этого счастья, горькую сладость знания о крахе счастья и ужас этого знания, и послевкусие этой сладости. В ее улыбке все. Тебе видны даже отдельные крохотные фрагменты твоего будущего. Восторг и страдание начала, когда немного страшно – дышишь обожанием и нежностью, а воздуха не хватает. Клятвы, танец босиком, локон на память, ожидание и письма, приходящие все реже и реже. Подобное смертному, тягучее предчувствие разлуки и сам разрыв, - бесстрастный, без обоюдной жалости. Потом новая встреча и новая старая восторженность, и, иногда утоляемая, жажда плоти. Рутинное непонимание и понимание рутины, - настоящая любовь так и не пришла. Снова расставание, и спокойное его предчувствие, и ужас его необратимости, предопределенности, когда оно приходит. Биение сердца не насмерть, а потому – не избавление от боли. Любовь на манер откинутого ящерицей хвоста, живущая сама по себе. Чувство, нашинкованное порционно, как дождевой червяк, жить не перестающее, дрожащее, но без способности и желания вернуться, регенерировать. И поиск, какую же из них полюбить навсегда. И желание жениться на одной из незнакомых небесных ласточек с мятным голосом и легкими красивыми руками-крыльями, а не на первой попавшейся ржавой бормашине. А еще очень глубокое подсознательное предчувствие того, что ты когда-нибудь выдернешь из небытия и оживишь эту историю.

В ее улыбке и летящем движении, поправляющем прическу, все. Радость узнавания и слепота, великое Может Быть и приговор, полеты и синяки, боль и наслаждение, надежда и реальность, стихи и немота, мечта и правда. Печальная, щемящая правда будущего прошлого.

Но сначала радость!
Тебе, наконец, удается выдохнуть воздух, и, оставив партнершу, ты идешь к ней. К Незнакомке.

P. S.
…а в красоту ведь никто не влюбляется.
Влюбиться можно в запястья тонкие,
в дыхание, что неожиданно так прерывается,
в ямочку между ключицами, в звонкие
колокольчики смеха и над губкой
родинку, в брови, в шрамик, в тату,
в коленки, подмигивающие из-под юбки,
и волосы, вьющиеся на лету,
даже в глупость ее, даже в ее котят.
Но не в красоту. Красоту лишь хотят.