Пыльной серой дорогой вдоль старых знакомых домов
Я иду, а на сердце легко, хорошо и беспечно.
Не спешу никуда... и под ласковый шорох шагов
Мог бы точно идти хоть куда, как мне кажется, вечно.

Все знакомо до боли, родное-родное мое.
И поляны мои и леса, неказистая речка,
Здесь кукушки считают и слышно порой воронье.
Дома ждёт всегда бабушка. Слабо натоплена печка.

И нет дела соседям во что я сегодня одет,
Сколько денег в кармане, кто я этом в мире столичном.
На баяне играет весёлый подвыпивший дед.
Здесь душа для души. Просто люди общаются лично.

Лягу я на подмостки и буду смотреть в синеву.
Наблюдать как плывут облака, никому не мешая.
И руками поглажу растущую рядом траву...
Снова четко пойму, не нужна мне землица чужая.

Здесь березы мои. Там под елкой в июле грибы.
Знаю с детства места, где малина растет и брусника.
Жаль, что время идёт и идёт. Я старею увы.
Жаль, что все, что рисуется в мыслях, то в жизни поникло.

И лишь в памяти бабушка машет на кухне в окно,
Наливает мне чай и готова нелепицы слушать.
А сейчас без улыбки ее в нашем доме темно.
И никто не зовёт так как раньше настойчиво кушать.

Я, наверно, какой-то другой. Нет во мне доброты.
Столько было всего, что мне кажется сердце засохло.
Но когда вспоминаю, в душе расцветают цветы,
Память детства зову, когда в сердце особенно плохо.

И опять я бегу босиком по дороге к пруду.
Наша шайка ребят заливается смехом искристым.
Я гоняю балду и такую несу ерунду.
А на сердце тепло, хорошо и пока ещё чисто.