Фантастическая поэма о любви по рассказу американского фантаста Роберта Янга.

1. Белое платье

На зелёном холме, что над лесом стоял одиноко,
Марк увидел сегодня не девушку – дивное диво!
Стих из дальнего детства он вспомнил невольно красивый,
потому что под солнцем, сиявшем над миром высоко,
золотистые волосы, словно цветок одуванчик,
развевал ветерок, прилетевший из ближнего леса,
старомодное белое платье развеял повеса
и вокруг стройных ног облепил, как простой сарафанчик.
И уверен был Марк, этим видом натешившись милым,
что она из далёкого прошлого переселилась.

Он ошибся. Она не из прошлого здесь появилась,
а из времени, что в нашем мире ещё не настало…
Марк забрался на холм и подумал: «Мужчине пристало
разговор завязать осторожно, раз так приключилось».
Трубку туго набил, раскурил, прикрывая ладонью.
Подняв голову, видит она уж к нему повернулась.
С любопытством глядит на него, а потом улыбнулась.
Марк направился к ней, на траву наступая легонько.
Близость неба он чувствовал ныне гораздо острее,
ветерком наслаждался, осенним, что радостно веял.

Думал он, что такие прогулки ему бы почаще
хорошо совершать до холма по осеннему лесу,
что теперь там внизу, далеко за туманной завесой,
по осенними красками тронутой лиственной чаще.
А за лесом и круглое озеро видно отсюда,
И мостки там для ловли нехитрой, серебряной рыбки.
Там, на месте, что выбрано было давно без ошибки,
скромный домик его, удалённый от шумного люда.
Две недели всего отдыхать ему здесь оставалось,
Летний отпуск в глуши одиноко теперь коротал он.

Дело в том, что жена – присяжной заседатель у Марка,
и её неожиданно вызвали в суд. Так уж вышло.
Марк и рыбу ловил, и читал детектив про убийство.
Был их отпуск совместный нарушен. Как это ни жалко.
За три дня жизнь такая ему надоела смертельно.
Он пошёл побродить по осеннему чистому лесу.
Так и вышел к холму, миновав желтых листьев завесу,
Поднялся на него и застыл, поражённый предельно.
Всё исчезло вокруг: холм, и лес средь долины чудесный.
Голубые глаза у неё, словно отсвет небесный!

Силуэт её стройный на фоне бескрайнего неба
неожиданным был, красотой привлекал, как картина.
А на нежном лице от пастельных тонов до кармина
удивительно краски звучали, исполнены негой.
Марк желанье с трудом подавил: так хотелось погладить
по щеке, той, что ветер сейчас приласкал, пролетая.
Он почувствовал, что-то в груди его медленно тает.
Даже кончики пальцев дрожат, с чем не может он сладить.
«Мне ведь сорок четыре,– подумал,– довольно я старый.
Ей-то двадцать, не больше. Что грешную душу смущает»?

«Вы любуетесь видом?– спросил Марк у девушки громко.
«Да! О, да!– отвечала она на вопрос восторженно.–
Посмотрите туда! Эта осень под небом бездонным!
Эти дали рукою природы прописаны тонко»!
В ту же сторону Марк посмотрел: «Это просто чудесно»!
У подножья холма лес разлёгся медведем в долине.
И сентябрьские краски ему разлохматили спину.
Деревеньку он стиснул любовно в объятиях тесных.
Силуэт Коув-сити вдали в дымке призрачной таял,
фантастический вид за грядою холмов обретая.

«Вы из города тоже?– спросил он её. «Да, пожалуй,–
отвечала она, улыбнувшись.– Но из Коув-сити,
что здесь будет поздней. До него пролетят, уж простите,
над планетою нашей родной два столетия с малым».
По улыбке её, понял Марк: говорит без надежды,
что поверит он ей, что ответы его убеждают.
«Притворюсь-ка,– подумал,– что верю и всё принимаю.
Подыграю. Ей будет приятно – красавице нежной»!
Улыбнулся: «Из города, значит, сюда вы попали
что за пару столетий развитья потомки создали!

Полагаю, что город наш скромный значительно вырос»?
«Да, конечно,– сказала она,– Мы находимся в части
Коув-сити – гиганта. Вся местность теперь в его власти.
Он доходит до этого места. Уж так получилось.
Вон кленовая роща По ней-то проходит прямая
наша улица тысяча сорок седьмая.
Вон акации. Видите? Место отлично я знаю:
площадь там, а на ней магазин. Покупай, что желаешь!
Там сейчас продают модельеров ведущих творенья.
Платье, то, что на мне, я купила всем на удивленье

рано утром сегодня. Оно простовато, но очень,
очень нравится мне. Ведь, не правда ль, оно так красиво»?
Что тут скажешь? На ней ведь любое косое, как диво,
хоть при солнечном свете, хоть в призрачном сумраке ночи»!
Материал его праздничный словно из пены и снега.
Что не делают ныне для дам фабриканты текстиля!
Синтезируют лихо чудесные ткани любые…
и, каких небылиц не придумают ради потехи
эти юные, милые девушки. Слово за словом…
«Вы наверное прибыли к нам на машине особой»?–

(продолжение следует)