Линейки, коридоры и шеренги по ранжиру,

учеба, юность, курево и чмоки за углом,

киношные, эстрадные, нездешние кумиры,

и оттепель-обман шестидесятых,

и было ощущение себя «битлом»

патлатым пятым.

Забои угольные, музыки чужой «забои»,

донбасских шахт и шахт ракетных ад,

и танцплощадка, и «попсы» раздолье,

и плац – ать-два и аты-баты невпопад,

кошачий глаз приемника, морзянка

и «Help!» подранка.

Не озверев от жизни бренной-бранной,

петь про Lucywithdiamonds и небес аквамарин,

и проклинать-напоминать про yellow submarine

шизофреничке Йоко наглой, полупьяной,

и знать себя в своей стране опять иным,

как в иностранной.

Бездарно жить, молчать, как мертвый,

не воевать на необъявленной войне,

скрываться и терпеть подлодкою на дне,

но только, если можно, желтой.

И снова под шатром небес своим-чужим

привычно мнить себя бездомным и бездонным,

и SMS вдруг получить с мотивом дорогим

от Джорджа или Джона.