Не иллюзия аллюзия,
        что, к чему и почему,
        но волшебная диффузия,
        вожделенная, от Ню...

Мои герои не в перхоти
и не в пудре воспоминаний —
они истинные, ещё те —
из бабушкиных заклинаний.

Их не мучит изжога прозрений,
как любили и любят харчо.
Как под ложечкой, от вдохновений,
задиралось бедро на плечо.

Как тянулись за губками губы,
как пружинила поясница.
Как журавль выбирал трубы,
те, что сверху не видно синицам.

До сегодня в строю командоры.
Амазонки желанны, как прежде.
Не заржавлены их приборы.
Шпоры колют бока к надежде.

Молодильные ягодки в каждом,
кто ещё не устал восхищаться,
как Ромео пронзила жажда
в недозрелые к ней пятнадцать.

Мне по прежнему любы, с кислинкой,
терпковатые райские яблочки,
и по прежнему манит лезгинкой
поскакать за диковенной бабочкой.