Была охота и собачья свора...
Смешались клочья шерсти, кровь и грязь.
Вернулся Волк, нашёл пустую нору,
Пошёл по следу, к людям устремясь.

Так отомстить врагам ему хотелось,
Все лапы в кровь и страшен был оскал.
Но там - ребёнка худенькое тело,
Невинный он и, как волчонок, мал.

Мгновение одно тянулось вечность,
Врага ребёнку он смотрел в глаза.
В нём в этот миг родилась человечность,
Своих волчат услышал голоса.

И Волк ушёл, унёс с собою горе,
Припомнив все вервольфовы грехи.
Мудрее человека стал и вскоре
Нам в назиданье написал стихи:

Кто злей из нас, скажите, люди-звери?
Мы к вам приходим, голодны когда.
Иван-царевич, если сказке верить,
С моим прапра... был не разлей вода!

Был прадед мой - заклятый враг ягнёнка,
Не знали мы, что символ он Христа,
А вы жену убили и ребёнка,
А я добрей - есть вашего не стал.

Признаюсь вам, что я порой ворую,
Когда волчатам нечего поесть.
За них любому, знайте, пасть порву я,
Но в аппетите волка мера есть.

Теперь и вы объединились в стаи
И со стволами кружите меня.
Спасаться мы от вас уже устали,
Хоть ваши псы нам дальняя родня.

Я из волков, не предающих брата,
Друзей не оставляющих в беде.
Ты, человек, таким же был когда-то,
А мы учились дружбе у людей.

Теперь ведёте вы трусливую охоту
И отдаёте предпочтение свинцу,
На вездеходах или вертолётах...
А ты попробуй так - лицом к лицу!

Нужны вам, люди, деньги и богатство,
Вы обозлились, волчий в вас оскал.
Коррупция у вас и казнокрадство,
Период волчий, видимо, настал.

Вы озверели, стали хуже волка -
Себе подобных волки не грызут.
Ни совести не знаете, ни долга,
Но ждёт, Бог говорит, вас Страшный Суд!

"И кто, скажите, зверь на самом деле? -
Так пел Высоцкий, буйный ваш поэт.
Ведь часто человечнее вас звери,
Страшнее ж человека зверя нет!"

Померкло небо, стало небо чёрным,
И стал я, горемыка, одинок.
Пишу стишок свой волчий удручённо,
Но... кровью написать его не смог.