Мы с тобой не поняли друг друга,
Или не хотели понимать...
Лбами крики щёлкались упруго,
Хрустом снега вторила зима.
Может, снова выйдем на прогулку,
На стоянке ты оставишь «Мерс»,
Поспешу к тебе по переулку
С сумочкой Minkoff наперевес.
Сотовый прижав плотнее к уху,
Мне, поэт, привычно подерзишь,
А в кафе опять, как бравый ухарь,
В уголочке нашем ты сидишь.
Повернув ко мне лицо и плечи,
Взгляд лукаво устремляя вниз,
Тихо мне поднимешься навстречу,
Скажешь также: - «Добрый вечер, miss...»
А потом... вдвоём по переулку
Мы пойдём, болтая про любовь,
И в ушах в набат ударит гулко,
Закипев в сердцах, шальная кровь...
Ну, смелее, милый, будь нахален!
Ты ж опять "не нежен и не груб".
И не снимет с сердца слой окалин
Память поцелуев с жарких губ,
И твоей души не растревожит,
Не исторгнет с уст любовный стон.
Тот, кто любит, полюбить не может,
Не зажечь того, кто подожжён.