В Одессе в эти годы разрастались
Тревожные и грустные событья.
Навеки люди с городом прощались -
Отъезды и отлёты и отплытья.
Одессу покидают одесситы!
Такое раньше не могло присниться.
Но явь: пройдя ОВИРовское сито,
Они спешили с родиной проститься.
Вот анекдот, что выражал их взгляды:
Мужик к двоим в трамвае: "Извините,
Я не слыхал, о чём вы говорите,
Но ехать надо. Непременно надо"!
В Израиль, или в Штаты через Вену,
Народ стремиться необыкновенно.
32
Но в чём причина этого движенья?
Быть может, просто дальних странствий Муза?
Нет. Людям надоели достиженья
Великого Советского Союза.
Ведь их нельзя ни надевать, ни кушать.
Возможно, правда, здорово напиться,
Читать о них, мечтать, смотреть и слушать,
И ими обязательно гордиться!
Но это слишком общие причины,
Беда всего советского народа.
В Одессе же особая погода,
Что гонит из Одессы-мамы сына.
Советских управителей порядок
Привёл её, красавицу, в упадок.
33
Заводов тут настроено - засилье!
Везде металл, вооружений гонка.
Мы ж рождены, «чтоб сказку сделать былью»!
И эта быль - родная оборонка.
Заводам не хватало рук рабочих?
Им партия подкинула людишек:
В Одессу прибывают днём и ночью
Лимитчики из сёл и городишек.
От волн приезжих одесситы стонут.
Ведь населенье города-героя
В семидесятых вырастает втрое!
Но эти стоны в Чёрном море тонут.
Вокруг Одессы чернозёмы тают -
На них пятиэтажки вырастают.

34
Потеря чернозёмов убиенных,
Кормивших город радости от века,
Стократно отражается на ценах,
Сбивая с ног простого человека.
Теперь дворы Одессы молчаливы.
Не продают в них овощи и фрукты,
Свою черешню, персики и сливы
И разные молочные продукты.
Безмолвие царит в Одессе ранней.
Лишь раз в неделю, делая завозы,
Из дальних сёл торгуют на Привозе
Чужие, приднестровские крестьяне.
И всё сметает жадный и безликий
Курортный вал, безнравственный и дикий.
35
В Одессе грязь. Она теперь неряха.
Вдоль улиц ветер гонит тучи сора.
Где дворник в белом фартуке и с бляхой?
Исчез, как вид в черёмушских просторах.
Разрушены заборы и ограды
По воле высочайшего горкома.*
Как результат, кусты везде щербаты
И напрочь снесена трава у дома.
Разрушились красивейшие зданья.
Завалы разобрали, залепили,
И в три скамейки скверы учредили.
На большее - ни денег, ни желанья.
Но бонзы городские, видно с горя,
Себе дома отгрохали у моря.
36
Ах, море, море, синие просторы!
Уходят от тебя родные люди.
Здесь было всё - и радость и раздоры,
Но так тепло нигде уже не будет.
Одесский цвет культуры и науки
Любимый берег грустно покидает.
А вслед летят рыдающие звуки
И белый парус в синей дымке тает...
Отъезды превращаются в лавину.
И в дальний путь за первым эшелоном,
Пустились инженерные колонны,
Печальный дым отечества отринув.
Что ожидает Сару и Ивана
На пажитях земли обетованной?
37
И многие из Сонинских знакомых,
Готовясь в путь, пакуют чемоданы.
Двоих друзей не будет больше дома.
Их дом теперь в заморских, дальних странах.
Петренки из Торонто шлют приветы,
В Лос-Анджелесе Найберги и Цои,
А Танина подруга детства Света
В Австралию уехала с семьёю.
Оставив дом, о прошлом не жалея,
Технолог и кондукторша трамвая,
Профессор и торговка тётя Рая,
На землю предков двинулись евреи.
Но как могло такое получиться,
Что Сонин на отъезд не смог решиться?
38
Конечно, Юра с Таней обсуждали
Проблему переезда непростую.
Болезни матерей их задержали
И не влились они в волну густую,
Когда их земляки снимались с места.
А Юра понял истину нагую:
Нам мать - семья, а родина - невеста,
Её сменить возможно на другую.
Совсем напротив Партия учила.
В стране Советов знали даже дети:
"Мать-Родина важней всего на свете!
Мы ей должны отдать и жизнь и силы"!
Но Юра знает - с Таней и Максимом
Они всегда, везде в краю любимом!
39
Семья! Какое ласковое слово.
И что на свете может быть роднее
Людей, для вас всегда на всё готовых?
Что может стать значимей и важнее?
Где вас утешат в горе и тревоге?
Где вас поддержат дружеским советом?
Где вас с любовью встретят на пороге
Всегда с участьем, миром и приветом?
Такого нет на свете государства.
Семья простит, согреет вас в ненастье,
Семья поймёт. Она любовь и счастье.
И в ней одной и Родина и царство!
Моя семья и есть моя Отчизна,
И в ней сияют зори коммунизма!
40
А в институте Сонин завершает
Свою работу над престижной темой.
Теперь он заниматься начинает
Внедреньем разработанной системы.
С большим уменьем, тактом и сноровкой
Он утвердил для испытаний базу -
Объекты для своей командировки
Прибалтики, России и Кавказа.
Москву и Питер, Ригу, Талин модный
Объездил Юра, споро сделав дело.
Но ничего его там не задело:
Те многолюдны, тот совсем холодный.
И в нём не вызывают интереса
Те города. Чужие. Не Одесса.
41
И днём и ночью Сонины мечтали
О городе красивом и уютном,
Чтоб он открыл для них лесные дали,
Чтоб был столичным, но немноголюдным.
И не прельщали их другие страны,
А Юра дорожил своим дипломом.*
И не хотелось этим людям странным
Навеки распроститься с отчим домом.
Пытался он в Тбилиси приземлиться.
Прекрасный вид, театры, магазины.
Но этот город - счастье для грузина,
Здесь Сонину не жить и не трудиться.
И в древний Вильнюс, словно на свиданье,
Теперь летит он завершить заданье.

Примечание:

*В первые годы эмиграции у учёных отбирали дипломы об учёной степени и аттестаты об учёном звании. Как партбилеты у партийцев, и дисквалифицировали.

Продолжение следует