.

.

.

Время, поперхнувшись, замолчало -  
бодрый голос вздрогнул и притих.  
Память мне построчно возвращала  
мой последний заскучавший стих.  
Где-то козни строила обида...  
но обида, право, не беда.  
Не пустой надежды, не ковида -  
избегайте грусти, господа.  

Как она втирается в пространство,  
заполняя прошлое виной!  
Как она с завидным постоянством  
истребляет цели по одной...  
Серою испуганною мышкой  
проскользнёт до донышка души.  
Что тебе опять, моя малышка? -  
счастье личной жизни задушить?  

Ей не надо даже сомневаться -  
будет и следа её ноги.  
А когда тебе уже не двадцать,  
не пустить - и думать не моги :  
память - как раскрытая колода,  
пики - как успешные стрелки.  
Их жестокосердная порода  
любит поступать не по-людски.  

Я боюсь её как чёрт обедни,  
как пустыни Гоби - мореход.  
Это чувство может стать последним,  
если много чести заберёт.  
Эта несказанная унылость,  
эта недодушенная спесь...  
мне бы может кошка чаще снилась -  
та, что очень любит мышек есть?  

Где на грусть скрывается управа,  
где её в корзиночке сдают? -  
вам не надо? - пользуйтесь, халява! -  
(томным и влюблённым - по рублю...)  
Я отдам её в стихах и прозе,  
в розницу, с засыпкой и питьём -  
пользуйтесь пока не подморозит -  
индивидуально и вдвоём.  

Грусть как грусть - не оспа, не холера,  
не война, не бедствие, не месть.  
Что за недостойная манера -
из любой напасти в душу лезть!  
Жизнь всегда потреплет - и отпустит,  
после нет - опять случится да.  
Господа, не бойтесь вашей грусти.  
Всё пройдёт. Любите, господа.  

.

.