Ну, с Моисеем познакомились, кому было интересно. Теперь вот с Лео продолжу знакомить. Это третий венок. Первые два ранее опубликованы.

1.(201)
Взойдя на гору, оглянусь устало.
Пришла пора осмыслить этот путь.
Пока душа мечтать не перестала,
с вершины на судьбу свою взглянуть.

Их много было взлётов и обвалов.
И в тишине, вникая в жизни суть,
я вижу свет и тень, красу и жуть,
и понимаю - безнадёжно мало

разрешено, нам людям, жить на свете.
Но каждый за судьбу свою в ответе.
Вершить её, отпущен малый срок.

И вот с вершины лет назад гляжу я,
о прошлом не жалея, не тоскуя.
Там, позади - нелёгкий путь пролёг.

2.(202)
Там, позади - нелёгкий путь пролёг.
Как много встреч судьба мне подарила!
С тем, кто не переступит мой порог.
И с тем, кто стал родным и сердцу милым.

Простором, что раскинулся у ног,
любуюсь, вспоминая с новой силой,
любовь и смерть, и ранние могилы,
и как упал, но вновь подняться смог.

Каких людей я в жизни повстречал!
Учитель мой - начало всех начал,
твоя рука дорогу указала.

Твоих советов негасимый свет
светил мне в жизни много долгих лет.
На том пути пережито не мало.

3.(203)
На том пути пережито не мало.
Однажды повстречал я подлеца.
Не знаю, что тогда со мной бы стало,
когда б ему поверил до конца.

Но пробил час, и, опустив забрало,
я ринулся со злом в неравный бой,
и одолел его. Едва живой,
я шёл и пел, и солнце мне сияло.

Людская подлость ранит наши души
и жалит, как змея, и ядом глушит.
Убив змею, я сделал, всё, что мог,

но к людям стал внимательней и строже,
решая, с кем идти мы вместе можем.
На горных склонах нет прямых дорог.

4.(204)
На горных склонах нет прямых дорог.
Попутчика я встретил и не скрою -
немало мелких жизненных тревог
он мне принёс во мраке под горою.

Завистников нам посылает рок.
Они простых громил опасней вдвое:
Бессильные – подкопы людям роют.
Делишки их, что грязный водосток.

Состряпав оскорбительный памфлет,
стараются уверить целый свет,
что творчество твоё темно и вяло.

Своих страстей бессильный, жалкий раб,
Он там, внизу, умён, речист, и ... слаб.
Закатный свет накрыл просторы ало.

5.(205)
Закатный свет накрыл просторы ало.
Как хорошо! Как дышится легко!
Здесь сердце волноваться перестало.
И все невзгоды где-то далеко.

Мне днём кукушка годы куковала.
Орёл парил над лесом высоко.
Туман вечерний бел, как молоко,
в низинах расстилает покрывала.

Там, в городах, друзья мои и дети.
Они дороже всех на белом свете.
Забот моих причина и тревог.

Но путь их прям и чист, я знаю это.
И любят дети старого поэта.
Ночная тень ступила на порог.

6.(206)
Ночная тень ступила на порог.
И смотрится бездонной тёмной чашей
весь горный край - таинственный пролог
к комедиям и драмам в тёмных чащах.

Там жизнь кипит, и знает только Бог,
что замышляют "наши" и "не наши",
кто будет бел, а кто - чернее сажи,
кто будет чист, кто попадёт в острог.

Закатный свет торжественно растаял.
Взошла луна над миром золотая
и тени резче очертили лог.

И на душе спокойно так и тихо,
как будто нет на свете зла и лиха.
Мир отдыхает от своих тревог.

7.(207)
Мир отдыхает от своих тревог,
Но тишина обманчива ночная.
Дневным заботам, подведя итог,
мир новый день с заката замышляет.

И где-то есть таинственный чертог,
в котором план крушений созревает,
в котором дьявол свой проект рождает,
делам смертельным намечая срок…

А горы в первозданной тишине
торжественны в своём покойном сне.
И полная луна над лесом встала.

И лунный свет ласкает старый лес.
И мир, что в нём скрывается, исчез.
Преград, завалов - словно не бывало.

8.(208)
Преград, завалов - словно не бывало.
Но, как обманчив мирный этот вид.
Во тьме ждут жертву чёрные провалы.
Чащоба злых зверей в себе таит.

У змей и ночью наготове жала.
Змеиный взгляд о смерти говорит.
Кому-то неожиданный грозит
удар молниеносного кинжала.

И лица в темноте неразличимы.
И радость и беда проходят мимо.
Вот мимо смерть прошла, на этот раз...

И мы не знаем - радость ли, печали
наш дом в ночи кромешной миновали.
Туманной дымкой скрыто всё от глаз.

9.(209)
Туманной дымкой скрыто всё от глаз.
И в свете дня подобное бывает:
живём, не замечая день и час,
когда иная бытность наступает.

У власти те же люди и сейчас.
И Родину, по слухам, почитают.
Но, редко кто, как жить достойно знает
в стране, дающей миру нефть и газ.

В краю демократической свободы
туманной дымкой занесло заводы.
Рассеялся, как дым, рабочий класс.

Где был союз великий и могучий
остались в небе грозовые тучи.
Так время прячет прошлое от нас.
10.(210)
Так время прячет прошлое от нас.
Но в памяти живут неизгладимы
места и встречи, и обрывки фраз,
что от души навек неотделимы.

И возникают образы подчас
людей давно ушедших и любимых,
оттенки грёз, почти неуловимых,
и горькие моменты без прикрас.

Больница. Гроб. Разлука навсегда.
Как часто возвращаюсь я сюда.
Уже давно нет мамы в жизни этой...

И вижу детства радостные дни.
Безвременно закончились они.
А память возвращает краски лета...

11.(211)
А память возвращает краски лета...
Морской песок и жаркий запах трав,
на солнечных откосах перегретых -
пора познанья мира и забав.

Тех юных дней чудесные отсветы,
как солнца, моря, неба лёгкий сплав,
на душу опускаются стремглав,
скользя в волнах туманного рассвета.

Там девочка в сиреневой панаме
с загадочными чёрными глазами
рукой мне машет, смеха не тая...

Скрывают море страсти и волнений,
порывов тайных, горя и сомнений
таинственные горные края...

12.(212)
Таинственные горные края...
Наперсники моих воспоминаний,
планета необжитая моя,
свидетели сомнений и мечтаний.

Один, как перст, на диком камне я.
Зари за дальним лесом проблеск ранний.
На смену ночи новый день настанет.
О, где вы, ранней юности друзья?

Вас разметала жизнь по белу свету.
И вам замены в жизни этой нету.
У каждого давно тропа своя.

А ныне снова встречи, расставанья,
случайных лиц бесследное мельканье.
Они, как жизнь бегущая моя...

13.(213)
Они, как жизнь бегущая моя...
Но в сердце есть негаснущее чувство:
меня ведёт, от мира не таясь,
моя любовь к старинному искусству.

Стихи текут, то плача, то смеясь.
В них солнца свет и ураганов буйство.
А жить без них и холодно, и пусто.
Стихи - моя негромкая семья.

Что вижу, слышу, чувствую и знаю
в свои стихи сполна переливаю.
Они теплом души моей согреты.

В стихах мечты открыты и сомненья.
Они, как жизни нашей отраженье,
полны печалей, радости, и света.

14.(214)
Полны печалей, радости, и света.
А радость эта лишь в тебе одной.
И жизнь полна и мира, и привета,
с тех давних пор, как ты, мой друг, со мной.

Твоей любовью жизнь моя согрета.
Я радостно назвал тебя женой,
ты стала самой близкой и родной -
и критиком, и Музой для поэта.

И счастлив я, что мы с тобой вдвоём
идём по жизни - спорим и поём.
Любовь будить сердца не перестала...

Над горным краем запылал рассвет.
К вершине дальней проложу свой след.
Взойдя на гору, оглянусь устало...

15.(215) (магистрал)
Взойдя на гору, оглянусь устало.
Там, позади, нелёгкий путь пролёг.
На том пути пережито не мало.
На горных склонах нет прямых дорог.

Закатный свет накрыл просторы ало.
Ночная тень ступила на порог.
Мир отдыхает от своих тревог.
Преград, завалов - словно не бывало.

Туманной дымкой скрыто всё от глаз.
Так время прячет прошлое от нас.
А память возвращает краски лета...

Таинственные горные края...
Они, как жизнь бегущая моя,
полны печалей, радости, и света.